Последние комментарии

Ангел в карманчике


Опубликовано:

Пару дней назад позвонила Светлана Петровна Чижикова, председатель районного отделения «Фонда Мира»: подарки закуплены, вот адрес и телефон ветерана войны…

Ловлю себя на легкой досаде: считанные дни до фестиваля «Время жить!», уйма рабочих и организационных вопросов, а тут к многочисленным неотложным делам добавляется еще одно… Стоп! Отбрасываю поверхностные эмоции, иду в глубину проверить… а там, в глубине души… как бы это сказать… «хочу-могу-надо-буду», слитые в одно ровное спокойное чувство. Оно меня ни разу не подводило, по нему, как по компасу, я обычно понимаю: да, надо действовать.

По пути на работу в голове мелькают мысли: человеку 90 лет, подарок – хорошо, но чем бы еще порадовать того, кто не один раз переживал схватку со смертью и теперь уже в силу возраста ведет свой решительный бой за каждый прожитый день… Да-да, попрошу художников что-нибудь, своими руками… а может еще музыку? какую? конечно, Клим! – наш юный уникум-баянист, который играет, кажется, все мыслимые русские и белорусские народные, военные, советские песни. Никто не заставляет, просто душа у него такая – чуткая к добру и человечности... И ребят-диалоговцев, конечно, несколько человек… без объяснений, тех, кто сразу откликнется.

Не успеваю дойти – навстречу мне Клим. Надо же, как будто заранее договорились встретиться! Катя и Женя приходят по первому звонку, Иру с фотоаппаратом тут же отпускают для доброго дела с занятий… Женя нашел стихи, Клим определяется с репертуаром, наигрывает польку, пробуем танцевать – вдруг придется.

Предварительный звонок… Трубку долго не берут… неужели мы поторопились с приготовлениями? Но вот раздается бодрый голос: «Да. Я Гиневский Константин Георгиевич, сын своих родителей! … Спасибо! … Буду вас ждать!»

Радость перетекает через телефонную трубку, вливается в меня щедрым потоком: нас ждут, нам рады… И главное – человек в ясном сознании, с юмором… Радуюсь за ребят, ведь такие встречи нужны им не меньше, а может и больше, чем самим ветеранам. Мысленно благодарю Светлану Петровну и всех, кто был причастен к этому доброму делу.

Едем!

16

Дом в частном секторе, находим быстро. У калитки замечаем настежь распахнутые двери веранды и сидящую напротив входа фигуру. Клима пропускаем вперед, идем по двору мимо цветущих вишен под раскатистую «Славянку»… Слова приветствия, поздравления, вручение подарков… кто мы, откуда…

2

3 

Окошки и открытые двери веранды заливает солнечный свет, заливаются лаем собаки, мягко подходит и с любопытством посматривает на нас рыжий кот…

8

9

– Пришел вот две недели назад, сел рядом, я ему «кис-кис-кис», а он – прыг ко мне на колени. Так вот и остался, – улыбается Константин Георгиевич.

На маленькой веранде мы все не помещаемся, замечаю рядом со входом скамейку, прошу Константина Георгиевича перебраться туда, предлагаю свою помощь. Он с достоинством отказывается, берет палочку, встает самостоятельно, но мы замечаем, с каким трудом дается ему каждый шаг.

Пригревает солнышко, мы располагаемся на скамейке, Клим с баяном – рядышком на табуретке. И потекла беседа...

4

17

5

Призвался рядовой Константин Гиневский на фронт в 19 лет. В то время учился на ФЗО (курсы фабрично-заводского обучения), ему вместе с другими призывниками сразу же выдали форму и бросили в бой под Смоленском. Свое боевое крещение ему не забыть: «Передай гранату, – кричу другу, руку протягиваю – не отзывается, не передает… Смотрю: а он весь развороченный… Сколько там народу полегло – не сосчитать».

10

Константин Георгиевич замолкает, его глаза увлажняются, я сижу рядом и чувствую, как просыпается его боль. И почему-то чувствую, что это и моя, это наша общая боль…

– Женя, тебе сейчас сколько? – спрашиваю Евгения.

Парень отвечает серьезно, задумчиво:

– Уже 20…

13

Молчим вместе с ним, затем Женя спрашивает:

– Константин Георгиевич, скажите, а какие отношения между собой у вас были? У солдат на фронте?

– Мы были одна семья, все как один – русские, белорусы, евреи, татары, украинцы… Были друг другу как братья родные, заботились, особенно старшее поколение. Так и звали друг друга: отец, брат, сынок… Помню, хотел в атаку рвануть, а один солдат, постарше, меня за плечо остановил: «Сынок, пусти вперед отца. Под пули не торопись…» Такие отношения были. Не то, что сейчас…»

19

Прошел Константин Гиневский в пехотных войсках через всю Европу до самого Берлина, «протопал на этих самых ногах». Вел бои на улицах Берлина, вспомнил, как ожесточенно сражались там немецкие женские батальоны:

– Мы сразу щадили их, а они были, как звери, эти женщины, такие страшные были, азиятки настоящие, с повязками на рукавах «отомстим за своих мужей и сыновей». Мстили они нам, выходит.

Освобождая родную землю, он видел сожженные села и города, вспоминал убитых, замученных, угнанных в Германию близких. Что он мог ответить этим женщинам?

Константин Георгиевич остался в Берлине до 1949 года, дослужился до звания капитана, вернулся на родину.

– И тут на меня женщина молодая красивая как навалилась! Я думаю: что делать? – улыбается лукаво. – Решил: чем одному оставаться, лучше с кем-нибудь вдвоем жизнь коротать – женился! Прожили мы с моей женой вместе 62 года. Пять лет назад схоронил…» – замолчал, прогнал навернувшуюся было слезу, бодрым голосом напомнив себе: «Все! Атаман приказал нам не тужить!»

14

Клим заиграл «Катюшу», мы подхватили хором под крепкие аплодисменты нашего ветерана… Чуткий Клим повысил «градус» и врезал польку! Катюша, а за ней и Женя пустились в пляс…

15

– Эх! Как я танцевать любил! Бывало, еще в ФЗО так отплясывал! И сейчас, кажется, вскочу, да вот ноги пока что болят, – с радостным подъемом говорит Константин Георгиевич. – Ноги поправятся, от тогда я с вами спляшу! В следующий раз… – хитро улыбается. – Мне в ноябре 90 лет исполнилось, а с вами чувствую, что мне и сейчас 19.

– Душа не стареет, Константин Георгиевич, – подхватываю я.

– Да… Только тяжесть бывает на душе такая… Бывает, сижу на кровати, и так одиноко, пустой дом… не с кем заговорить… Хоть бы слово, кажется, живое услышать. Бабку мою позову, а та не отвечает… На кладбище к ней ездил, сидел у нее. Говорю ей: ну что ты молчишь, ничего не говоришь? Скажи хоть что-нибудь, дай ответ… Так ничего и не сказала…
Думаю иногда: тяжело уже, надо помирать, а потом еще подумаю – нет, надо еще пожить. Жить – оно хорошо…

Словно подхватив эту мысль, легкий ветерок окатил нас благоухающей волной цветущих вишен. Собаки угомонились, кот уютно устроился неподалеку на солнышке, мы молчим, каждой клеточкой своей ощущая это благодатное «хорошо»…

12

Живет один, две дочери, четверо внуков и правнуки разлетелись по свету. Одна из дочерей, правда, живет недалеко, приезжает, заботится… Но гвардии капитан Константин Гиневский еще и сам может позаботиться о себе.

– Такую страшную войну прошли вы, Константин Георгиевич. Ранения были?

– Два ранения в эту самую ногу, – показывает на свою левую ногу. – Но это не беда, быстро поправился. А рядом со мной столько людей полегло – страшно вспоминать. Да и не вспомню всех.

– Бог, видимо, хранил Вас.

– Да-да! – с радостью откликается Константин Георгиевич, – Крепко хранил! Ангел-хранитель у меня сильный! Я с ним всю войну прошел, Он у меня тут, в карманчику, все время был, – похлопал себя по груди. – Всю войну Его в карманчику пронес. Или Он меня…

Чувствую, как меня накрывает: ангелы рядом… Так неожиданно в очередной раз отозвалась тема нашего фестиваля в этом году. Ребята улыбаются, они ведь тоже в теме. Ангелы действительно рядом с нами – ближе, чем кажется. И в войну, и в мирные времена. И сегодняшняя встреча – мы это понимаем – не случайность.

Прощаемся, обещаем прийти еще. Константин Георгиевич напоминает, что следующий раз мы обязательно с ним потанцуем. Мы обнимаем нашего ветерана, ловим его на слове, ребята благодарят за Победу и беседу, пожимают руку.

Выходим за калитку, идем по дороге. Клим играет, плывут по улице амурские волны, какие-то забытые, но такие светлые мелодии. Люди выглядывают из окон, выходят из своих домов во двор, улыбаются, кто-то пританцовывает, кто-то машет нам вслед… Как в старых отечественных фильмах… историческое дежавю…

Девчонки говорят об этом, Катя замечает: «Знаете, я вот подумала, мы сейчас молодые, но как-то не чувствуем этого… а ведь надо ценить каждую минуту нашей молодости…»

Какие же вы красивые, ребята! Такие светлые, запомнить бы это, сохранить… Забираю фотоаппарат у Ирины, быстро ухожу вперед, оборачиваюсь. Без настройки, на авось ловлю такие редкие в последнее время мгновения чистой человеческой радости…

21

20

Быть может, времена уже не те...
Условия диктует век спешащий...
Но сердце так грустит о доброте...
Немодной... Искренней...
И настоящей!..
(стихи Светланы Пугач)

Постоянный адрес статьи:
Если вы заметили ошибку в статье и хотите сообщить нам об этом, пожалуйста, выделите её и нажмите Ctrl+Enter
Все статьи Марины Волоскович

МНЕНИЯ ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ

  • светик 1111 11 мая 2015 в 10:35:15
    Спасибо ! Тронуло до слез !
  • Тоже мама 11 мая 2015 в 20:39:47
    здОрово...
  • Тоже мама 11 мая 2015 в 20:41:40
    и ангел в карманчикУ:)
  • OLOLOLO 12 мая 2015 в 9:07:02
    Молодцы ребята. Большое дело делаете.Этот дедушка ветеран будет жить вашим визитом очень долго.
  • Я не зарегистрирован
  • Я зарегистрирован
  • Имя (не заполнять) Email (не заполнять) Год (не заполнять)

    Добавить комментарий

    Отправить
    Правила размещения комментария
  • Добавить комментарий

    Войти и отправить
    Правила размещения комментария